Про Хэллоувин, любовь и расизм
Nov. 4th, 2005 11:12 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
greenadineТелу надо спать, и я всё меньше понимаю, как вместить в этот узкий ЖЖ ежесекундно расширяющуюся в моём сердце вселенную. Но прежде чем идти в постель, напишу про две вещи: про Хэллоувин, и про потрясающий опыт в метро, только что.
...
Про Хэллоувин.
В субботу детишки устроили дебош и весь вечер скандировали под окнами: "Des bonbons! Des bonbons!" ("Конфет! Конфет!") И я сказала Сильви: "Господи, какие конфеты! На что им конфеты! Им же нужна любовь! Они требуют любви!"
...
Еду сейчас в метро. Вернее, сижу. В ожидании поезда. Долго. Потому что у нас тут беспорядки: двое мальчишек убегали от полиции, залезли в элекростанцию и от удара током погибли. Их товарищи в знак протеста начали жечь машины. Коллеги за обедом сказали, что уже штук 300 машин сожгли - я только сегодня узнала: мама в России беспокоилась, написала :)
Вмешалась полиция, потом на полицейской машине нашли следы пули. Это уже гражданской войной попахивает. Неожиданно громко взяли слово две наши чёрные коллеги: говорили про то, что у их друзей постоянно проверяют на улице документы (москвичи, вам это ничего не напоминает?), что полиция за одно не так сказанное при задержании слово легко может побить (потому, мол, и убегали ребята - кому охота быть избитыми)... Но вернёмся в метро. Сижу, значит, на Шатле. Подходят три парня, молодых, высоких, чёрных (пригород, где беспорядки, преимущественно цветной). Мнутся. "Вы вместе сидеть хотите?" - спрашиваю. Ага. Пересаживаюсь рядом. Двое справа, третий садится слева от меня. Раньше бы я в таком соседстве невольно дискомфорт почувствовала. А тут - нет. Хорошо мне. День хорошо прошёл. И вообще хорошо. Слушаю, что говорят (рядом же! и громко :)). Двое подшучивают над третьим: вот, это твои друзья-гопота пригородная беспорядки устраивают, а мы теперь жди поезда из-за них! Он беспомощно улыбается. А потом один из них начинает убеждать другого, что все книжки из школьной программы - ерунда. Читал он и Вольтера, и Бодлера, и Аполлинера, и Жоспена книжку вот недавно прочитал (политик местный - N.I.), и всё это такая ерунда по сравнению с ...Библией! Настоящая мудрость только там. Я фигею и откладываю дневники Этти. Второй парень отнекивается, что, мол, не любит обязательного чтива, и что свой путь он уже выбрал - на факультете университета, и это, мол, тебя родители заставляли в церковь ходить... Горячий спор у них. В какой-то момент не выдерживаю и тихонько говорю верующему: "Он ещё не готов. Ещё рано." - "Но ему 23 года! И он может уйти в любой момент!" - возражает он мне. Не сразу понимаю, что он имеет в виду смерть. Приходит наконец поезд, мы садимся. Верующий негритянский парень в кепке козырьком назад продолжает убеждать второго. Когда я выхожу, они машут мне рукой.
Кажется, частичка моего расизма сегодня отвалилась.
...
Про Хэллоувин.
В субботу детишки устроили дебош и весь вечер скандировали под окнами: "Des bonbons! Des bonbons!" ("Конфет! Конфет!") И я сказала Сильви: "Господи, какие конфеты! На что им конфеты! Им же нужна любовь! Они требуют любви!"
...
Еду сейчас в метро. Вернее, сижу. В ожидании поезда. Долго. Потому что у нас тут беспорядки: двое мальчишек убегали от полиции, залезли в элекростанцию и от удара током погибли. Их товарищи в знак протеста начали жечь машины. Коллеги за обедом сказали, что уже штук 300 машин сожгли - я только сегодня узнала: мама в России беспокоилась, написала :)
Вмешалась полиция, потом на полицейской машине нашли следы пули. Это уже гражданской войной попахивает. Неожиданно громко взяли слово две наши чёрные коллеги: говорили про то, что у их друзей постоянно проверяют на улице документы (москвичи, вам это ничего не напоминает?), что полиция за одно не так сказанное при задержании слово легко может побить (потому, мол, и убегали ребята - кому охота быть избитыми)... Но вернёмся в метро. Сижу, значит, на Шатле. Подходят три парня, молодых, высоких, чёрных (пригород, где беспорядки, преимущественно цветной). Мнутся. "Вы вместе сидеть хотите?" - спрашиваю. Ага. Пересаживаюсь рядом. Двое справа, третий садится слева от меня. Раньше бы я в таком соседстве невольно дискомфорт почувствовала. А тут - нет. Хорошо мне. День хорошо прошёл. И вообще хорошо. Слушаю, что говорят (рядом же! и громко :)). Двое подшучивают над третьим: вот, это твои друзья-гопота пригородная беспорядки устраивают, а мы теперь жди поезда из-за них! Он беспомощно улыбается. А потом один из них начинает убеждать другого, что все книжки из школьной программы - ерунда. Читал он и Вольтера, и Бодлера, и Аполлинера, и Жоспена книжку вот недавно прочитал (политик местный - N.I.), и всё это такая ерунда по сравнению с ...Библией! Настоящая мудрость только там. Я фигею и откладываю дневники Этти. Второй парень отнекивается, что, мол, не любит обязательного чтива, и что свой путь он уже выбрал - на факультете университета, и это, мол, тебя родители заставляли в церковь ходить... Горячий спор у них. В какой-то момент не выдерживаю и тихонько говорю верующему: "Он ещё не готов. Ещё рано." - "Но ему 23 года! И он может уйти в любой момент!" - возражает он мне. Не сразу понимаю, что он имеет в виду смерть. Приходит наконец поезд, мы садимся. Верующий негритянский парень в кепке козырьком назад продолжает убеждать второго. Когда я выхожу, они машут мне рукой.
Кажется, частичка моего расизма сегодня отвалилась.
