Собеседование перед слушанием
Nov. 16th, 2005 11:13 pmВ приёмной стоят толстые папки с надписями "Азербайджан", "Руанда", "Грузия", "Россия", "Ангола", "Албания", "Армения", "Чечня", "Сербия", "Словакия", "Йезиды (Грузия)" снова "Руанда", снова "Чечня"... Отдельно стоят папки "Семья такая-то 2002-2004", "Femmes homosexuelles" (Лесбиянки). Время от времени один из адвокатов заход в приёмную и берёт одну из папок.
Мы ждём не меньше часа: зря я бежала последние три квартала от метро. Пригласив нас в кабинет, адвокат первым делом открывает коробку конфет, подаренную предыдущей посетительницей, и предлагает нам. Мари и Дима берут по конфете и довольно скоро оказываются в коридоре: трудно разговаривать под их шум. Адвокат задаёт вопросы, называя Зуру "Monsieur" и при этом гляда мне в глаза. Мне трудно разобраться в незнакомых названиях мест, партий и персонажей, я беру бумажку и набрасываю пару слов. Зура говорит о розовой революции, о женщине-министре иностранных дел с французским гражданством... Перевожу. Адвокат прерывает меня на полуслове: "Я всё это знаю наизусть, меня интересует ВАШЕ участие, ВАШИ политические убеждения!" Как я понимаю, она ищет аргументы для обоснования статуса политических беженцев, и подтверждение опасности для жизни Зуры и его семьи. Одновременно она набирает поиск в Гугле, отвернувшись после заданных вопросов. Она недовольна. Кажется, ситуация кажется ей неправдоподобной или она чувствует слабость защиты: это уже аппеляция, один раз Зуре отказали. О сотрясении мозга, избиениях и ранениях Зуры не говорят, равно как и о длительном нервном расстройстве маленькой Мари, увидевшей папу в таком состоянии: есть медицинские справки, и это, кажется, не важно. Важна должность, которую занимал Зура в оппозиционной партии, содержание документов, которые требовало от него КГБ, судьба других членов партии после розовой революции, финансовое положение регионального отделения партии. Такое ощущение, что для адвоката это рутина. Наверное, так и есть.
Она не предлагает никакой стратегии на завтра, говорит, что будет ещё искать информацию. 9 вечера. Мы прощаемся, Зура расплачивается с адвокатом (мне интересно, где, предполагается, политические беженцы берут деньги на адвокатов?), мы выходим на улицу. Холодно. Я веду их к метро. Делаю дополнительные 10 шагов, чтобы показать собов Парижской богоматери, которого прямо от метро не видно. Зура не знал, что это так близко, хочет сфотографироваться с семьёй. Ритуальный снимок перед Нотр-Дам. Садимся на следующей станции в метро. Мари и Дима в восторге от эскалаторов. Прощаясь, Зура говорит: "Я всю ночь спать не буду". И: "Я вам обязательно передам подарок, в этот раз ничего не привёз..." (они вручили мне конфеты в самом начале). И: "Я позвоню, сообщу вам о результате".
Желаю им удачи. Нино с детским профилем и серебрянными нитками в волосах целует меня в щёку.
Мы ждём не меньше часа: зря я бежала последние три квартала от метро. Пригласив нас в кабинет, адвокат первым делом открывает коробку конфет, подаренную предыдущей посетительницей, и предлагает нам. Мари и Дима берут по конфете и довольно скоро оказываются в коридоре: трудно разговаривать под их шум. Адвокат задаёт вопросы, называя Зуру "Monsieur" и при этом гляда мне в глаза. Мне трудно разобраться в незнакомых названиях мест, партий и персонажей, я беру бумажку и набрасываю пару слов. Зура говорит о розовой революции, о женщине-министре иностранных дел с французским гражданством... Перевожу. Адвокат прерывает меня на полуслове: "Я всё это знаю наизусть, меня интересует ВАШЕ участие, ВАШИ политические убеждения!" Как я понимаю, она ищет аргументы для обоснования статуса политических беженцев, и подтверждение опасности для жизни Зуры и его семьи. Одновременно она набирает поиск в Гугле, отвернувшись после заданных вопросов. Она недовольна. Кажется, ситуация кажется ей неправдоподобной или она чувствует слабость защиты: это уже аппеляция, один раз Зуре отказали. О сотрясении мозга, избиениях и ранениях Зуры не говорят, равно как и о длительном нервном расстройстве маленькой Мари, увидевшей папу в таком состоянии: есть медицинские справки, и это, кажется, не важно. Важна должность, которую занимал Зура в оппозиционной партии, содержание документов, которые требовало от него КГБ, судьба других членов партии после розовой революции, финансовое положение регионального отделения партии. Такое ощущение, что для адвоката это рутина. Наверное, так и есть.
Она не предлагает никакой стратегии на завтра, говорит, что будет ещё искать информацию. 9 вечера. Мы прощаемся, Зура расплачивается с адвокатом (мне интересно, где, предполагается, политические беженцы берут деньги на адвокатов?), мы выходим на улицу. Холодно. Я веду их к метро. Делаю дополнительные 10 шагов, чтобы показать собов Парижской богоматери, которого прямо от метро не видно. Зура не знал, что это так близко, хочет сфотографироваться с семьёй. Ритуальный снимок перед Нотр-Дам. Садимся на следующей станции в метро. Мари и Дима в восторге от эскалаторов. Прощаясь, Зура говорит: "Я всю ночь спать не буду". И: "Я вам обязательно передам подарок, в этот раз ничего не привёз..." (они вручили мне конфеты в самом начале). И: "Я позвоню, сообщу вам о результате".
Желаю им удачи. Нино с детским профилем и серебрянными нитками в волосах целует меня в щёку.
no subject
Date: 2005-11-16 11:27 pm (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 10:02 am (UTC)Документы каждые 3 месяца продлевают, без права работы. Если статуса политических беженцев не дадут, не знаю, что они будут делать. Вроде, там какой-то есть вариант ходатайства у местных властей (они на северо-востоке Франции, в деревне, где социальных центр для беженцев), но вариант гнилой, как я поняла.
no subject
Date: 2005-11-17 12:42 am (UTC)я, возможно, буду в Париже на пару суток в начале декабря - если у меня останется пробел между дурацкими митингами, пересечемся?
no subject
Date: 2005-11-17 06:50 am (UTC)+33.6.20.31.19.47
no subject
Date: 2005-11-17 09:03 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 09:58 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 01:32 pm (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 02:15 pm (UTC)Просто, если, скажем, вечером встретиться, то можно остаться у меня, и с утра - обе на работу. Оптимизировать время общения таким образом. Я по прямой ветке без пересадок от Дефанса в 40' езды (в противоположной стороне от Парижа, RER A) + 8' пешком.
no subject
Date: 2005-11-17 12:45 am (UTC)адвоката могут предоставить организации, занимающиеся поддержкой и защитой прав беженцев. У некоторых беженцев достаточно своих средств, у других - поддержка друзей и просто добрых людей, с миру по нитке. По-разному.
no subject
Date: 2005-11-17 06:48 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-18 12:33 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-18 09:37 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-18 09:44 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 07:08 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 09:57 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 11:55 am (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 12:25 pm (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 07:25 pm (UTC)no subject
Date: 2005-11-17 07:43 pm (UTC)no subject
Date: 2005-11-18 09:35 am (UTC)no subject
Date: 2006-07-03 08:40 am (UTC)Офф: Я так понимаю, что ваш ЖЖ-период закончился (и понимаю, почему). Но если вы вдруг всё ещё получаете комментарии по почте, то читая вот эту книгу, я думала о вас. Спасибо вам еще раз за все вдохновляющие и расширяющие восприятие записи. Удачи!
no subject
Date: 2006-07-07 02:54 am (UTC)Жалко, что так с этими людьми... Ну что же делать. Спасибо, что сообщили.
Слова заносят нехорошо в общении, если их слишком много, и сильно-словесные пространства приводят к неприятным искажениям и уродствам. ЖЖ и форумы при этом были интересной игрой, следует сказать, это было хорошо, пока было (кроме этих вот искажений).
no subject
Date: 2006-10-17 08:12 am (UTC)