Сравнительная историография

Зеленый открыл раздачу кое-каких книжек (самовывоз из Парижа), и там еще остались школьные учебники разных стран по истории. Можно сделать замечательную сравнительную работу.
Китайские новеллы тоже совершенно прекрасные документы эпохи, странно, что их никто не хочет. Я как-то собиралась отсканировать и выложить одну, не помню, собралась ли.

Научно доказана польза религиозной медитации

"...20 участников исследования давно и регулярно занимаются буддистской медитативной практикой. Примерно по 40 минут в день. Сканирование их мозга показало, что на участках, связанных со слуховым и визуальным восприятием, так же, как и на участках, связанных с контролем сердцебиения и дыхания, кора имеет увеличенную, против среднестатистической, толщину.
...
Исследователи также считают, что регулярная медитация может замедлить возрастное утончение лобной коры." (c)

Специалисты, скажите, а каковы последствия "возрастного утончения лобной коры"? На память, быстроту реакции и прочие полезные в хозяйстве вещи это как-то влияет?

Просто детали мозаики

Обедала сегодня у клиента с двумя сотрудницами.
Армель - дочь двух евреев, которых в детском возрасте во время войны прятали от немцев французы в Оверни (их родители, отдав детей "приемным родителям", даже толком не знакомым, сами погибли в концлагерях). Тут сейчас фильм про еврейских детей после войны вышел, La maison de Nina, собираюсь посмотреть. Рассказала ей про дневники Хиллесум. Армель также училась на том же факультете в Paris 8, что и я, на 2 года позже.
Вторая девушка - Фабьенн (секретаршей работает) очень неплохо говорит по-русски: учила его как первый иностранный. Все падежи правильно расставляет.
Чудо какое-то.

Собеседование перед слушанием

В приёмной стоят толстые папки с надписями "Азербайджан", "Руанда", "Грузия", "Россия", "Ангола", "Албания", "Армения", "Чечня", "Сербия", "Словакия", "Йезиды (Грузия)" снова "Руанда", снова "Чечня"... Отдельно стоят папки "Семья такая-то 2002-2004", "Femmes homosexuelles" (Лесбиянки). Время от времени один из адвокатов заход в приёмную и берёт одну из папок.
Мы ждём не меньше часа: зря я бежала последние три квартала от метро. Пригласив нас в кабинет, адвокат первым делом открывает коробку конфет, подаренную предыдущей посетительницей, и предлагает нам. Мари и Дима берут по конфете и довольно скоро оказываются в коридоре: трудно разговаривать под их шум. Адвокат задаёт вопросы, называя Зуру "Monsieur" и при этом гляда мне в глаза. Мне трудно разобраться в незнакомых названиях мест, партий и персонажей, я беру бумажку и набрасываю пару слов. Зура говорит о розовой революции, о женщине-министре иностранных дел с французским гражданством... Перевожу. Адвокат прерывает меня на полуслове: "Я всё это знаю наизусть, меня интересует ВАШЕ участие, ВАШИ политические убеждения!" Как я понимаю, она ищет аргументы для обоснования статуса политических беженцев, и подтверждение опасности для жизни Зуры и его семьи. Одновременно она набирает поиск в Гугле, отвернувшись после заданных вопросов. Она недовольна. Кажется, ситуация кажется ей неправдоподобной или она чувствует слабость защиты: это уже аппеляция, один раз Зуре отказали. О сотрясении мозга, избиениях и ранениях Зуры не говорят, равно как и о длительном нервном расстройстве маленькой Мари, увидевшей папу в таком состоянии: есть медицинские справки, и это, кажется, не важно. Важна должность, которую занимал Зура в оппозиционной партии, содержание документов, которые требовало от него КГБ, судьба других членов партии после розовой революции, финансовое положение регионального отделения партии. Такое ощущение, что для адвоката это рутина. Наверное, так и есть.
Она не предлагает никакой стратегии на завтра, говорит, что будет ещё искать информацию. 9 вечера. Мы прощаемся, Зура расплачивается с адвокатом (мне интересно, где, предполагается, политические беженцы берут деньги на адвокатов?), мы выходим на улицу. Холодно. Я веду их к метро. Делаю дополнительные 10 шагов, чтобы показать собов Парижской богоматери, которого прямо от метро не видно. Зура не знал, что это так близко, хочет сфотографироваться с семьёй. Ритуальный снимок перед Нотр-Дам. Садимся на следующей станции в метро. Мари и Дима в восторге от эскалаторов. Прощаясь, Зура говорит: "Я всю ночь спать не буду". И: "Я вам обязательно передам подарок, в этот раз ничего не привёз..." (они вручили мне конфеты в самом начале). И: "Я позвоню, сообщу вам о результате".
Желаю им удачи. Нино с детским профилем и серебрянными нитками в волосах целует меня в щёку.